Меню

Страницы истории Гурзуфа

Человек начал заселять Гурзуфскую долину с давних времен. В середине 60-х годов XX в. во время археологических раскопок на скале Дженевез-Кая был обнаружен культурный слой с остатками примитивной лепной керамики периода раннего энеолита (III тысячелетие до н. э.). Это, пожалуй, наиболее древние следы обитания человека, найденные в Гурзуфской округе. В гораздо большем объеме археологами выявлены следы пребывания здесь тавров, проживавших в Крыму с IX в. до н. э. по III в. н. э. Тавры занимали горную часть полуострова и Южный берег Крыма. До сих пор нет единого мнения о происхождении тавров. Все же наиболее вероятной версией многие считают то, что тавры — потомки коренных жителей Крыма эпохи энеолита (так называемых «кемиобинцев»). О таврах упоминают многие античные авторы — Геродот, Страбон, Плиний Старший. Загадкой остается название «тавры» созвучное греческому слову «таврос» — бык. Однако многие современные историки более склонны к мнению, что древние греческие колонисты, осваивавшие берега Крыма, Тавром называли Главную гряду Крымских гор, по аналогии с горным хребтом Тавр в Малой Азии. Отсюда и пошло античное название Крымского полуострова — Таврика или Таврида, а население, обитающее в горах, греки стали называть таврами, хотя вполне вероятно, что самоназвание этой народности было иное.

Археологический материал дает довольно узкое представление о культуре тавров. Наиболее изучены погребальные сооружения тавров — так называемые «каменные ящики», обычно расположенные на возвышенности. Захоронения совершались на боку с поджатыми ногами и перекрывались массивными каменными плитами. Главное занятие тавров — охота и рыболовство. У тавров существовал обряд человеческих жертвоприношений, при котором (по версии Геродота) — после удара дубинкой по голове жертву сбрасывали со скалы. Многие античные историки упоминают о том, что в Таврике находился храм Девы — богини, особо почитаемой таврами. Издавна ищут археологи этот храм Девы. Одно из вероятных мест, где он мог находиться — это гора Аю-Даг и прилегающая к ней с востока Партенитская долина. Очень хотелось бы связать недавнюю находку таврского святилища на перевале Гурзуфское седло (об этом будет сказано ниже) с легендарным храмом, однако пока такие предположения не подтверждаются.

В Гурзуфской долине имеются многочисленные следы пребывания тавров. На скале Дженевез-Кая, на том месте, где позднее существовала средневековая крепость, археологи под руководством О. И. Домбровского обнаружили таврский культурный слой VII–VI вв. до н. э. с остатками чернолощенной лепной посуды. Летом 1963 г. в урочище Осман у западного склона Аю-Дага было раскопано большое таврское поселение, просуществовавшее с IV в. до н. э. по IV в. н. э. Среди находок этого поселения преобладают лепные сероглиняные горшки, обломки привозных амфор и краснолаковых сосудов. Были найдены также позднеантичные монеты. Недалеко от этого таврского поселения, на холме Тоха-Дахыр еще в 90-е годы XIX в. археологом Н. И. Репниновым были обнаружены таврские «каменные ящики» с захоронениями.

Поистине археологической сенсацией можно считать находки, полученные во время археологических раскопок на перевале Гурзуфское седло (Гурбет-Дере-Богаз), проводившихся под руководством ялтинских археологов Наталии и Виктора Новиченковых с 1981 по 1993 гг. Здесь было раскопано античное таврское святилище, просуществовавшее с III в. до н. э. по III в. н. э. Рядом со святилищем обнаружены остатки более позднего средневекового христианского храма.

Начиная с конца VII в. до н. э. на побережье Крыма стали возникать греческие рабовладельческие города-колонии. Наиболее крупные из них — Пантикапей (Керчь), Феодосия, Херсонес (Севастополь). Однако пока на Южном берегу Крыма, и в том числе в Гурзуфской долине, следов греческих поселений не обнаружено.

С большой степенью вероятности можно утверждать, что в Гурзуфе побывали римские легионеры из состава XI Клавдиева легиона, которые около двух веков — с середины I в. н. э. до середины III в. н. э. — размещались в римской крепости Харакс на мысе Ай-Тодор (в районе современного «Ласточкина гнезда»). Ведь вряд ли римляне около 200 лет отсиживались за стенами Харакса, а все же, по всей вероятности, совершали вылазки по южнобережыо, в том числе и в Гурзуфскую долину, до которой от Харакса по прямой всего 17 километров.

Начиная с VI в. н. э. Крым попадает в сферу влияния Византийской (Восточноримской) империи. Возвышение Византийской империи в VI в. приходится на время царствования императора Юстиниана I (527–565 гг.). Большую ценность представляют свидетельства византийского историка времен Юстиниана I Прокопия, уроженца города Кесарии палестинской. Советник крупнейшего юстиниановского полководца Велизария Прокопий Кесарийский (500–565 гг.) участвовал в его военных походах. Одно время Прокопий Кесарийский был градоначальником Константинополя. Ему принадлежат два сочинения: «О войнах», в котором описаны военные походы византийцев, и «О постройках».

Византийцами в Гурзуфе была построена крепость, которая сыграла значительную роль в дальнейшей истории Гурзуфа. От местных краеведов, экскурсоводов можно слышать стандартную фразу: «Первое письменное упоминание о Гурзуфе относится к середине VI в.». Это несомненно правильно. Но ведь середина VI в. — понятие растяжимое. Какой же год считать годом рождения Гурзуфа? В последнее время развернулась широкая полемика по поводу определения точного возраста городов Южного берега Крыма. Особенно это коснулось Ялты и Алушты, которая в 2002 г. будет отмечать 100-летие со дня присвоения ей статуса города. Но до сих пор эта полемика почему-то обходит стороной Гурзуф, хотя он на 6 столетий старше Ялты и наравне с Судаком (основанным аланами в 212 г. н. э.) и Алуштой является, пожалуй, одним из самых древних поселений на ЮБК, существующих и поныне. Во всей краеведческой литературе, посвященной Гурзуфу, до сих пор не была конкретизирована дата его основания. Однако, на мой взгляд, это сделать не так уж и сложно.

Безусловно, первым по времени письменным источником, в котором упоминается Гурзуф, является трактат Прокопия Кесарийского «О постройках». Кстати, письменных упоминаний о Гурзуфе (как и обо всем Южном береге Крыма) до конца XVIII в. очень мало. Связано это, в первую очередь, с некоторой изолированностью Южного берега Крыма в средние века из-за отсутствия удобных дорог через горные перевалы, а также с тем, что средневековые крымские архивы до наших дней не сохранились.

Трактат Прокопия Кесарийского «О постройках» известен нам в двух переводах — С. П. Кондратьева и П. И. Кеппена. Вот отрывок из этого трактата, касающегося Гурзуфа и Южного берега Крыма: «…Император воздвиг там два укрепления — Алустон и в Горзувитах. Здесь же на этом побережье есть страна или область по имени Дори, где с древних времен живут готы, которые не последовали за Теодорихом, направлявшимся в Италию. Они добровольно остались здесь и в мое время были в союзе с византийцами. Сама область Дори лежит на возвышенности, но она не камениста и не суха, напротив, земля очень хороша и приносит самые лучшие плоды…». Практически все историки, занимающиеся Крымом, единодушны во мнении, что Горзувиты, упомянутые Прокопием, — это современный Гурзуф. Трактат «О постройках» писался Прокопием Кесарийским в 553–555 гг. Стало быть, годом первого письменного упоминания о Гурзуфе следует считать 555 г., т. е. год окончания написания трактата. Значит, к 2000 году Гурзуф существовал не менее 1.445 лет.

Итак, с возрастом более-менее ясно. Сложнее обстоит дело с топонимом «Гурзуф». Наиболее распространенная версия его происхождения от латинского слова «урзус» — медведь. Если вспомнить о том, что в первые века н. э. на мысе Ай-Тодор находилась римская крепость Харакс, откуда хорошо видна Медведь-гора, то эта версия, на первый взгляд, кажется правдоподобной. Однако в трактате «О постройках» крепость называется Горзувиты, что гораздо менее созвучно с «урзус», чем Гурзуф. Ясно также, что Горзувиты — название, существовавшее до Прокопия Кесарийского, который только упомянул впервые о нем. Вполне вероятно, что названия Горзув, Горзувиты имеют таврские или готоаланские корни. Были попытки расшифровать топоним «Гурзуф» с помощью иранского и кавказских языков, переводя его как «гор дзакхь» — горная долина. Но все же, наверное, надо, в первую очередь, объяснить топоним Горзувиты, который затем трансформировался в Курсанты, Горзовиум, Юрзуф, Гурзуф (различные названия Гурзуфа в VI–XX вв.). Так или иначе, но топоним «Гурзуф» пока еще остается загадкой для современных лингвистов.

А кто же заселял Горзувиты до прихода византийцев? После «великого переселения народов» (III–V вв. н. э.), которое в значительной степени затронуло и Крым, степная часть полуострова из-за постоянных набегов была мало заселена, а горную часть Крыма заселяли потомки тавров, скифов, готов, аланов, сарматов, которые, теснимые новыми завоевателями, слились в одну массу, составившую местное население Крыма к VI в. н. э. Это аборигенное население Крыма византийцы называли готами. Вероятно, эти «готы» и заселяли Гурзуфскую долину к приходу сюда византийцев. Как свидетельствует Прокопий Кесарийский, готы и византийцы заключили между собой союз.

Германское племя готов до II в. н. э. проживало в низовьях Вислы, куда они, по древним преданиям, переселились из Скандинавии. В III в. большая часть готов ушла на юго-восток и осела в Причерноморье и в Крыму, подчинив себе проживавшее там скифо-сармато-таврское население. Так был создан большой многочисленный союз, в котором готы составляли меньшинство, но занимали главенствующее положение. Они многое заимствовали от местного населения, в частности, в военном деле. Так или иначе, но начиная с IV в. н. э. о скифах и таврах уже нет упоминаний, однако можно с большой точностью утверждать, что среди тех готов, о которых упоминает Прокопий Кесарийский, было немало потомков и скифов, и сарматов, и тавров. Вместе с тем, необходимо отметить, что готский язык сохранялся в Крыму вплоть до XVI в., в то время, как таврский и скифский языки исчезли гораздо раньше. В середине XIX в. местные жители в среднем течении Качи показывали известному крымскому исследователю Евгению Маркову древнее «готвейское», т. е. готское кладбище. Готы составляли значительную часть жителей христианского княжества Феодоро, а позднее входили в состав христианской части населения Крымского ханства, которая к XVIII в. составила этническую группу, называемую «крымские греки».

Гурзуфская крепость

Крепость, построенная византийцами в Гурзуфе, находилась на скале Дженевез-Кая. Место для крепости было выбрано очень удачно. Со скалы полностью просматривается Гурзуфская долина, главная гряда Крымских гор в районе Гурзуфа, перевал Гурзуфское седло. Крепость контролировала гурзуфскую бухту, куда могли пришвартовываться морские суда. Сама крепость находилась в труднодоступном месте, окруженная с трех сторон отвесными скалами. Сейчас на скале Дженевез-Кая расположено белое каскадное здание артековской гостиницы «Скальная», которая хорошо видна со всей гурзуфской набережной. Как раз на том месте, где сейчас находится гостиница, и была построена византийцами крепость. С трех сторон крепостную скалу окружает море, с севера же она примыкает к склону горы Балготур, застроенному домами. Планировка Гурзуфа в старинной, центральной части повторяет расположение улиц и построек средневекового поселения. В 1965–1967 гг. в связи с началом строительства гостиницы «Скальная», на скале Дженевез-Кая были проведены археологические раскопки. В результате исследований было установлено, что крепость в Гурзуфе просуществовала более девяти веков — с VI по XV вв. В истории крепости можно выделить пять периодов. Первый период (VI–VIII вв.), — византийский. Это время постройки крепости и владения ею Византией. В VIII в., после захвата Таврики хазарами, начинается второй, хазарский период, пожалуй, самый мрачный в истории крепости, поскольку хазары полностью разрушили ее, и крепость пролежала в руинах до X в. — того времени, когда хазары ушли из Крыма. Третий период (X–XIV вв.) можно назвать промежуточным (между хазарским и генуэзским). Как показали раскопки, крепость в X в. была восстановлена и до середины XIV в. в ней была резиденция местных феодалов — топархов, под властью которых находилось население Гурзуфской долины. В XIII в. Гурзуф, как и все Южнобережье, вошел в состав княжества Феодоро. Гурзуфская крепость и другие поселения на ЮБК во второй половине XIV в. были захвачены генуэзцами и образовали так называемое «Капитанство Готия», входившее в состав генуэзских колоний в Крыму. С этого периода начинается четвертый, генуэзский, этап истории крепости в Гурзуфе. Он продлился до конца XV в., точнее — до лета 1475 г., когда Крым был захвачен турками-османами, и Гурзуфская крепость была полностью разрушена. После 1475 г. крепость уже никогда не восстанавливалась.

Основной частью крепости являлась цитадель, обнесенная мощными, толщиной до 4 м, стенами из камня на известковом растворе. Здесь, в цитадели, находился основной узел оборонительного комплекса. От основания цитадели отходили стены внешнего оборонительного пояса крепости. Возле ворот, отделяющих цитадель от внешних оборонительных стен, находился донжон — главная башня крепости с помещениями для жилья, арсеналом и запасами продовольствия. Рядом с донжоном располагалось двухэтажное помещение кордегардии — военного караула. Гурзуфская крепость имела метательную артиллерию. Метательные механизмы представляли собой аркабалисты — крепостные самострелы, имеющие длину до 2-х метров. Это был деревянный станок с направляющей для снаряда, в передней части которого располагался большой лук. Снарядами для баллисты служили каменные ядра, диаметр которых доходил до 12 см. Дальность стрельбы из таких баллист доходила до 300 метров. Кроме ядер, камнеметные крепостные механизмы использовались также для стрельбы керамическими сосудами, наполненными мелкой галькой или горящей смолой. При раскопках Гурзуфской крепости были найдены значительные склады каменных ядер и множество небольшой круглой морской гальки. Эта галька служила снарядами для пращи. С приходом генуэзцев появилось огнестрельное оружие, и в крепостной стене были сооружены большие амбразуры для пушек.

Итак, с середины VI по конец XV в. Гурзуфская крепость на скале Дженевез-Кая была одним из наиболее мощных фортификационных сооружений на Южном берегу Крыма. Крепость сплотила вокруг себя все поселения Гурзуфской долины, контролировала перевал Гурзуфское седло (Гурбет-Дере-Богаз) и служила промежуточным пунктом каботажного плавания между Феодосией и Херсонесом.

Хотя Гурзуфская крепость в 1475 г. была разрушена, но еще довольно длительное время эти руины напоминали местным жителям о ее некогда былом могуществе. В XIX в. остатки крепости хорошо выделялись на фоне скалы Дженевез-Кая. Е. Л. Марков так описывает крепостные развалины в конце XIX в. «На самом пике утеса еще высится полуразрушившийся замок, и от него сбегают по неприступному обрыву обломки стен, башенок и лестниц. Это древняя Горзувита…»

Поселения в Гурзуфской долине

Кроме поселения у скалы Дженевез-Кая, в средневековье на территории Гурзуфской долины существовал ещё целый ряд поселений. Прежде всего, довольно крупное поселение (около сотни жилых домов) у юго-западного склона Аю-Дага, недалеко от мыса, выступающего в море. Возникло оно в VIII в., а разрушено в XV в., скорее всего при турецком нашествии. Толщина стен домов Аю-Дагского поселения достигала 1 м, что говорит о наличии в домах второго этажа. Там же обнаружены следы двух кузнечных мастерских, где изготовлялись железные якоря и металлические детали корабельной оснастки. Дома строили из местного бутового камня на глине. Защищала поселение стена толщиной около 3 м, игравшая в трудное время роль оборонительной. В хозяйстве преобладали морские промыслы. Значительные средневековые поселения обнаружены также в урочище Гугуш близ Ай-Даниля, на холме в бывшем имении «Суук-Су» (ныне это артековский лагерь «Лазурный») и на юго-восточном склоне горы Балготур. Найдены следы средневековых сооружений и на пути от Гурзуфа до перевала Гурбет-Дере-Богаз — на горе Кобоплу, где в VIII–IX вв. находилось небольшое дозорное укрепление, и на скале Красный камень в поселке Краснокаменка (укрепление Гелин-Кая). Небольшая крепость на Красном камне возникла примерно в XII в. и просуществовала до 1475 г. Особую роль она сыграла в конце XIV — в первой половине XV в., когда развернулась борьба между княжеством Феодоро и генуэзцами за контроль над Южным берегом Крыма. Тогда сложилась как бы двойная цепочка укреплений. Прибрежными укреплениями владели генуэзцы, а укреплениями, расположенными чуть выше (так называемыми исарами), владели феодориты. Крепость феодоритов Гелин-Кая противостояла генуэзской крепости на скале Дженевез-Кая и не давала возможности генуэзцам продвинуться в глубь территории княжества Феодоро. До наших дней на вершине Красного камня сохранились остатки боевой башни укрепления Гелин-Кая.

Афанасий Никитин в Гурзуфе

На этом можно было бы закончить рассказ об античном и средневековом Гурзуфе, но нельзя не упомянуть одно интересное событие. В 1472 г. Гурзуф посетил знаменитый путешественник — тверской купец Афанасий Никитин, который возвращался из длительного путешествия в Индию. Он пробыл в Гурзуфе пять дней, пережидая бурю на море. Свой трудный и опасный путь он описал в «Хожении за три моря». Сейчас одна из улиц Гурзуфа названа именем Афанасия Никитина.

Почти 300 лет — с 1475 г. по 1774 г. Гурзуф, как и весь Южный берег Крыма, входил в состав коронных владений турецких султанов. В это время Гурзуф — небольшая деревушка, как и другие поселения, Южнобережья. Надо отметить, что вплоть до середины XIX в. Южный берег Крыма был очень мало заселен. В первую очередь это объясняется труднодоступностью этой части Крымского полуострова из-за отсутствия удобных дорог через горные перевалы. В античные и средневековые времена дороги через перевалы представляли собой труднопроходимые тропы, по которым едва продвигались небольшие повозки. К тому же на Южном берегу Крыма мало земли, пригодной для сельскохозяйственной обработки, ну а курортный отдых в средние века по понятным причинам был явлением абстрактным. К концу XVIII в. население Крыма составляло всего около 100 тысяч человек. Связано это с тем, что после присоединения Крыма к России в 1783 г. около 300 тыс. татар из Крыма добровольно эмигрировали в Турцию, а в 1778 г. по инициативе императрицы Екатерины II все христианское население Крыма, а в основном это были крымские греки, было переселено в Приазовье. Там они основали новые поселения, давая им привычные крымские названия. Так, греки из Гурзуфа основали деревню под названием Гурзуф. Этот населенный пункт существует и сейчас на юге Донецкой области. Надо сказать, что крымские греки, переселившиеся в Приазовье, составляли значительную часть населения Гурзуфа в XVI–XVIII вв. Об этом свидетельствует тот факт, что в ходе русско-турецкой войны 1768–1774 гг. турки летом 1774 г. высадили многочисленный десант в районе Алушты. Часть десанта направилась в сторону Ангарского перевала, где потерпела сокрушительное поражение от гренадеров под командованием Мусина-Пушкина. Другая часть десанта направилась вдоль побережья в сторону Ялты. Турки в Гурзуфе устроили массовую резню греков, казнив около 1.500 человек. Несчастных сбрасывали со скалы на горе Балготур в районе нынешнего пансионата «Геолог». После массовой казни и переселения оставшихся греков в Приазовье, Гурзуф практически обезлюдел. По свидетельству крымского исследователя П. Сумарокова, в начале XIX в. в Гурзуфе насчитывалось около 40 заселенных домов. В это время основную часть населения Гурзуфа составляли крымские татары.

После присоединения Крыма к России в 1783 г. земли в районе Гурзуфа перешли в императорскую казну. В начале XIX в. земля была пожалована герцогу Арману Эммануэлю де Ришелье (1766–1822 г.), одному из основателей г. Одессы, бывшему тогда генерал-губернатором Новороссийского края. Герцог Ришелье построил в Гурзуфе дом. Это монументальное каменное двухэтажное здание в европейском стиле стало украшением Южного берега Крыма. Сам герцог был в Гурзуфе всего два раза — в 1808 г., когда закладывалось здание, и в 1811 г., когда строительство было закончено. Так что хозяин в этом доме практически не жил, но охотно предоставлял свое Гурзуфское имение знакомым, посещавшим в то время Крым. Дом Ришелье с незначительными переделками сохранился до наших дней. Он находится на территории парка санатория «Пушкино» примерно в 100 м от моря. Сейчас там расположен музей А. С. Пушкина, открытый для посещений. Именно в этом доме в 1820 году три недели прожил великий поэт.

После смерти герцога Ришелье имение в Гурзуфе перешло к графу М. С. Воронцову. Михаил Семенович Воронцов (1782–1856) с 1823 по 1844 год занимал пост генерал-губернатора Новороссийского края. Он много сделал для развития Крыма и особенно Южнобережья. По его инициативе были проложены шоссейные дороги Симферополь — Алушта — Ялта (1825–1837 гг.) и Ялта — Севастополь (1845–1848 гг.). В 30-х годах XIX в. был построен Ялтинский морской порт, что стало предпосылкой для развития Ялты как центра Южного берега Крыма. Тогда же, в 1838 г., Ялте присвоен статус города. Граф Воронцов приобретает значительные земельные участки на Южнобережье — в Алупке, Массандре, Ай-Даниле, Гурзуфе. Кстати, в Ай-Даниле, который Воронцов купил у X. X. Стевена — основателя Никитского ботанического сада, графом был построен первый на Южнобережье винподвал. При строительстве шоссе Алушта — Ялта по указанию Воронцова был также проложен спуск от шоссе до Гурзуфа. До этого времени дорога из Ялты в Алушту шла непосредственно через Гурзуф. Построенный при Воронцове спуск шоссе в Гурзуф проходил по дороге, которая ведет сейчас к дому отдыха «Гурзуф» (бывший молодежный лагерь «Спутник»).

В 1840 г. М. С. Воронцов продал свое Гурзуфское имение сенатору И. И. Фундуклею, который владел им до 1878 г. В отличие от Ришелье и Воронцова, И. И. Фундуклей каждое лето (за исключением периода Крымской войны 1853–1856 гг.) проводил в Гурзуфе. В 1861 г. дом, построенный Ришелье, был капитально отремонтирован. Большое внимание Фундуклей уделял развитию в Гурзуфе виноградарства. Им заложены обширные плантации виноградников, для чего из Испании, Португалии были завезены лучшие сорта. В 1847 г. построен большой винподвал — один из старейших в Крыму. Здание этого винподвала сохранилось до наших дней — оно находится на улице 9-го Мая, чуть выше парка санатория «Пушкино». К сожалению, сейчас он в заброшенном состоянии, а ведь это история крымского виноделия! Перечитывая недавно архивы Таврической губернии времен Крымской войны, я обнаружил интересный факт. В списке пожертвований в пользу войск, больных и раненых в числе других имеется запись: «Сенатор Фундуклей жертвует 1.000 ведер вина». Этот факт говорит не только о патриотизме и широте души сенатора, но и о том, что к тому времени в Гурзуфском имении Фундуклея виноградарство и виноделие достигли значительного уровня.

Кстати, события Крымской войны 1853–1856 гг., существенно притормозившие экономическое развитие Крыма в середине XIX в., обошли Гурзуф стороной. 22–23 сентября 1854 г. 10 кораблей зашли на ялтинский рейд, и неприятель на два дня высадился в Ялте, но в Гурзуфе союзники не появились.

Сенатором Фундуклеем было много сделано для обустройства парка в его гурзуфском имении, где при нем было посажено много редких растений. В середине XIX в. это был один из лучших парков Южного берега Крыма.

После смерти Фундуклея имение в конце 1878 г. перешло к двум его племянницам — Врангель и Краснокутской, а в мае 1881 г. оно было приобретено у них за 250 тыс. рублей Петром Ионовичем Губониным, который внес огромный вклад в развитие Гурзуфа как курорта. Без сомнения можно сказать, что именно он положил начало курортному Гурзуфу.

Родился П. И. Губонин в 1825 г. в Подмосковье в семье крепостных крестьян. Позже, уже в зрелом возрасте за заслуги перед Отечеством ему был присвоен титул дворянина. Начинал он свою деятельность простым рабочим, но, благодаря трудолюбию и таланту, стал преуспевающим предпринимателем. Губонин занимался строительством железных дорог, являлся зачинателем строительства в Москве и Петербурге конок (прообраза современного трамвая). В 70-е годы XIX в. принимал активное участи в строительстве железной дороги Лозовая — Севастополь. Именно тогда произошло его первое знакомство с Крымом. В возрасте 56 лет Губонин приобрел в Гурзуфе имение с целью устройства здесь модного курорта. Он расширил земельные владения имения Фундуклея, присоединив к ним новоприобретенные земельные участки. Практически вся территория, занимаемая сейчас Военным санаторием и санаторием «Пушкино», находилась во владении Губонина. Со свойственными ему энергией и предприимчивостью Губонин рьяно взялся за дело. Им был благоустроен и расширен парк (сейчас это парк Военного санатория), в котором были построены семь гостиниц, ресторан, благоустроена набережная. Русло реки Авунда, протекающей по парку, было обложено камнем; через реку проложены пешеходные мостики. В парке были установлены пять фонтанов, из которых до наших дней сохранились два — «Ночь» и «Рахиль». К сожалению, фонтаны «Нимфа», «Первая любовь», «Муза» не сохранились. Особый интерес представляет фонтан «Ночь» или, как его еще называют, «Богиня ночи» — один из красивейших фонтанов на Южном берегу Крыма. Он был привезен Губониным в 1889 г. со Всемирной выставки в Вене. Это — копия работы немецкого скульптора Бергера. Основной композиционной фигурой фонтана является статуя древнегреческой богини ночи Никты, которая парит над шарообразным небесным сводом, усыпанным звездами. Высоко над головой Никта держит пылающий факел. Небесный свод опоясан полосой со знаками зодиака. По левую сторону от Никты расположен бог любви Эрос, у которого раньше в руке была стрела, ныне отсутствующая. Справа от Никты — бог сна Гипнос. Внизу скульптурной композиции расположены атланты и кариатиды, которые держат в руках больших рыб. Из их открытых ртов бьют струи воды, пытающиеся загасить факел в руке у Никты.

Здания Губонинских гостиниц сохранились до сих пор. Сейчас это спальные корпуса Гурзуфского Военного санатория, каждый из которых обозначен порядковым номером. В конце XIX — начале XX века каждый корпус имел свое название — «Бельвю», «Ривьера», «Парк», «Альянс», «Аю-Даг». Сохранился и ресторан, построенный Губониным. Сейчас в нем размещается столовая Военного санатория. В 1887–1890 гг. на набережной была построена церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы. Храм сооружался по проекту московского архитектора Чичагова в греко-византийском стиле и имел в плане форму креста. Наружные стены, украшенные резьбой, были сделаны из белого инкерманского камня, внутренняя отделка состояла из разноцветного мрамора. Невысокая колокольня в виде древней звонницы помещалась над входом в церковь и была украшена мраморным крестом. В 1935 г. церковь была разобрана, и на том месте, где она находилась, был построен лечебный корпус Военного санатория, который функционирует и поныне. Этот корпус находится возле проходной санатория, ведущей на набережную.

Кроме обустройства имения и курорта, Губониным было много сделано и для Гурзуфа — построены электростанция, аптека, почтово-телеграфная станция, больница. Аптека, открытая в сентябре 1888 г., функционирует и по сей день вот уже более века. Она расположена рядом с корпусом Дома творчества им. Коровина по дороге на набережную (пер. Ленинградский, 2). Поистине редкий пример, когда здание более века не теряет своего первоначального назначения.

С началом функционирования в Гурзуфе курорта изменился и облик самой деревни. В конце XIX в. здесь насчитывалось 120 дворов и около 700 жителей, в основном крымских татар. Главным занятием населения на рубеже XIX–XX вв. были табаководство, виноградарство, садоводство и овцеводство. Дома местных жителей представляли собой невысокие здания из камня с плоской крышей. Двери и небольшие окна по обыкновению выходили на пристроенную галерею, защищенную от солнечных лучей. В домах чаще всего было несколько комнат, в одной из которых находился очаг для приготовления пищи, остальные были жилыми. Вдоль стен в комнатах устраивались низкие диваны. Земляные полы были застелены коврами. Архитектура и интерьер гурзуфских домов того времени мало чем отличались от средневековых. Да и сейчас в старой части Гурзуфа сохранилось немало домов постройки XIX — начала XX в. Самым монументальным и величественным зданием гурзуфской деревни было здание мечети, которая находилась чуть севернее и выше скалы Дженевез-Кая. Здание мечети, как и полагается по канонам ислама, было самым высоким зданием в деревне. До наших дней это здание не сохранилось, хотя на фотографиях Гурзуфа начала XX в. оно заметно выделяется на фоне других гурзуфских построек.

В связи с возникновением в конце XIX в. в Гурзуфе модного курорта, возник спрос на меблированные комнаты для приезжающих туристов и отдыхающих. Именно тогда возник новый вид предпринимательства — сдача внаем комнат, который вот уже более 100 лет практикуется у местных жителей.

Суук-Су — курорт в Гурзуфе

Осн. статья: Суук-Су — курорт в Гурзуфе

На рубеже XIX–XX вв. в здесь был построен ещё один модный курорт — Суук-Су (в переводе с крымскотатарского — «холодная вода»). Он находился на территории нынешнего артековского лагеря «Лазурный» и своё название получил от источника Суук-Су, расположенного на его территории.

На территории около 40 га располагался парк, было построено казино с роскошным рестораном, гостиницы и водолечебница. Здесь были почта, телефон, электроосвещение и регулярные сообщения с Ялтой экипажами и катерами. Дважды в день в имении играл струнный оркестр, а по субботам устраивались танцевальные вечера.

Суук-Су был элитным курортом, здесь отдыхали и приходили в гости: Суриков, Коровин, Бунин, Куприн, Сухомлинов, Эмир Бухарский. Даже сам государь Николай II, несколько раз осчастливил курорт своим посещением.

«Суук-Су», так же как и Губонинский курорт, был одним из первых курортов на Южном берегу Крыма.

В январе 1921 г. губонинский курорт был национализирован и передан в ведение крымского курортного управления. В 1922 г. здесь начало функционировать гурзуфское отделение Крымской военно-курортной станции. Сейчас это — Гурзуфский Военный санаторий.

Александр Максимовский,
«Гурузф», путеводитель,
Симферополь «Бизнес-Информ», 2002