Меню

Архитектура Воронцовского дворца

Алупкинский дворец необычностью архитектурных форм выделяется среди других сооружений Южного берега Крыма.

Строился дворец по проекту англичанина Эдуарда Блора (1789–1879), придворного архитектора короля Вильгельма IV и королевы Виктории, одного из основателей Королевского археологического института в Лондоне. По его проекту был построен замок Абботс Форд в Шотландии для Вальтера Скотта. Блор принимал участие и в сооружении известного Букингемского дворца в Лондоне. Созданный им проект Алупкинского дворца отвечал новым тенденциям, появившимся в западноевропейской и русской архитектуре того времени.

Особняки дворянских имений, различные парковые и культовые сооружения строились на Южном берегу Крыма с элементами восточной архитектуры и в готическом стиле. Не случайно один из современников писал: «Поднявшись на горы средней вышины, вы начинаете усматривать вдоль по дороге дачи с домами, выстроенными самым затейливым образом. Попеременно вы видите то небольшой дом в азиатском вкусе, трубы которого похожи на минареты; то красивый готический замок, то уютненькую дачку, вроде английских коттеджей, совершенно погруженную в море зелени и цветов». Большинство построек того времени не сохранилось. Тем более интересен для нас дворцово-парковый ансамбль в Алупке, в котором особенно ярко проявились черты архитектуры 30–40-х годов прошлого века.

До сих пор Блор считался единственным проектировщиком дворца. Но, судя по архивным источникам, первоначальный проект был заказан одесскому архитектору Боффо, который строил для Воронцова дворец в Одессе. В одном из писем в январе 1829 г. граф писал, что в Алупке определено место для будущего дворца и уже утвержден проект, выполненный архитектором Боффо.

В музее сохранился план с надписью: «Проект дома для Алупки». Несмотря на то, что он не подписан архитектором, есть все основания предполагать, что именно этот проект и был составлен Боффо. Дворец проектировался им в классическом стиле.

В 1828 г., считающемся годом, когда началось строительство дворца, составлялась смета, согласно которой было закуплено большое количество белого керченского камня; предусматривалась и позолота для оформления внутренних помещений, что соответствовало классическому характеру будущего здания. В марте 1830 г. были заложены первые камни в фундамент столового корпуса. Как известно, Боффо сам приезжал в Алупку, чтобы уточнить план и дать указания строителям.

Однако в апреле 1831 г. Воронцов посылает распоряжение о временном прекращении строительства до получения нового плана, так как у него возникла мысль об изменении проекта Боффо.

В 1832 г. архитектором Эдуардом Блором был составлен новый проект (именно этим годом датированы все чертежи Блора, хранящиеся в Алупкинском дворце). В декабре 1832 г. началось возведение стен столового и центрального корпусов. С этого же года всеми строительными работами руководили прибывшие сюда английские архитекторы: вначале Гейтон, а с декабря 1833 г. и до окончания строительства — Вильям Гунт.

У многих посетителей дворца возникает вопрос, побывал ли Блор в Алупке. В архиве никаких сведений об этом нет, но, судя по акварельному проекту, который хранится в музее, трудно предположить, что Блор приезжал в Алупку. Ведь контуры горной гряды и зубцов Ай-Петри настолько выразительны, что вряд ли их можно забыть. В проекте же Блора изображена горная гряда, мало напоминающая Ай-Петринскую. Очевидно, он был лишь осведомлен о рельефе местности и учел его, работая над проектом в Англии. Архитектор принял во внимание и то, что к 1832 г. уже были готовы фундаменты столового и центрального корпусов. Центральный корпус, почти квадратный в плане, с глубокой нишей, решен им так же, как в первоначальном проекте, выполненном Боффо.

В проекте дворца Блором предложен стиль английской архитектуры XVI в. — так называемый стиль Тюдор (по имени династии Тюдоров, правивших тогда в Англии). С окончанием междоусобных феодальных войн и укреплением централизованной государственной власти отпала необходимость в сооружении крепостей, игравших в средние века оборонительную роль. Вместо мрачных феодальных замков в загородных резиденциях английской знати стали строиться роскошные дворцы, комфортабельные виллы, где все располагало к отдыху. Внутренние помещения стали удобными и светлыми. В них делались широкие оконные проемы, окна-двери, эркеры — своеобразно остекленные выступы в стене, проходящие во всю высоту здания. Они увеличивали размер комнат, улучшали их освещенность, позволяли, не выходя из дома, ощутить красоту окружающего ландшафта. Однако в английских постройках XVI в. сохранились многие традиционные черты предшествующего архитектурного стиля с той лишь разницей, что элементы, применявшиеся в средние века с целью обороны — башни, зубчатые стены, носили теперь исключительно декоративный характер, вводились для создания определенного эмоционально-художественного образа. Чисто декоративную роль стали играть и готические конструкции. Это хорошо видно в архитектуре Алупкинского дворца, который во многом напоминает английский замок-усадьбу XVI в.

Однако дворец нельзя считать простым повторением английских неоготических сооружений, механическим перенесением их форм на русскую почву. Архитектура дворца является своеобразной интерпретацией стиля Тюдоров.