Меню

Ай-Тодорский маяк

Ай-Тодорский маяк — одна из реликвий русского военно-морского флота. Установили его в Крыму в 1835 г. на месте римской сигнальной башни античной постройки, от которой к тому времени остался только фундамент. Проходят века, но мало меняются очертания скал и береговые изгибы, и пока есть море, пока ходят по нему корабли и рыбацкие лодки, необходимы световые сигналы с берега. В районе современной Ялты удобнейшим местом для подачи таких сигналов был и остается все тот же юго-западный отрог мыса Ай-Тодор.

Инициатива в строительстве маяка принадлежала главнокомандующему Черноморским флотом адмиралу М. П. Лазареву. Еще совсем молодым, в Отечественную войну 1812 г., Михаил Петрович командовал отвлекающим морским десантом у Данцига (нынешний Гданьск). Этим маневром удалось обмануть и задержать Наполеона.

Маяки всегда привлекали людей с воображением и недаром назывались святынями морей. Когда видишь маячный огонь с берега, невольно представляешь и себя уходящим в море — впереди тьма, и все слабее, все отдаленнее становятся зеленоватые блики. Двадцать пять миль будет провожать вас прощальный свет айтодорского маяка, а дальше — только морская пустыня. Если уходите надолго, если это работа, то вам ли не знать, с какой радостью доведется увидеть мигающий береговой свет на обратном пути, когда за те же двадцать пять миль он встретит вас! Да, сегодня вы будете дома, пройдете по твердой земле родного города, празднуя конец рейса и долгожданную встречу с близкими.

Конечно, в наш век космической навигации маяки уже не столь необходимы. Только вряд ли земля на экране радара так заставит биться ваше сердце, как далекие, но уже различимые подмигивания на горизонте.

Ай-Тодорский маяк — святыня Черного моря. Сама земля здесь заряжает скрытой силой, будоражит память и фантазию. Есть определенная закономерность в том, что смотрителями сюда назначались люди неординарные. Один из них — Ф. П. Федоров-Керченский, художник. Он переносил крымские пейзажи на полотна, и картины эти покупали даже великие князья — владельцы имений «Харакс» и «Ай-Тодор». Уж они-то разбирались в искусстве! В гости к художнику приходил, бывая в Крыму, Л. Н. Толстой, приезжал из Аутки А. П. Чехов. По-разному воспринимали писатели жизнь на курортном побережье. Чехов скучал по Москве, Толстой признавался, что ему здесь «очень хорошо, только совестно».

Может быть, и вправду, как говорят, через Ай-Тодор проходит луч некой космической энергии? Чем еще объяснить тот переполняющий душу восторг каждого, кто впервые взойдет пологой дорожкой на восьмидесятиметровую скалу и вдруг откроет для себя этот голубой простор? Окоем его столь широк, что уходит из виду. Прячется за кроной тысячелетней фисташки восточная граница берега — едва различимый в ясную погоду мыс Меганом. Волны наступают, чтобы далеко-далеко внизу разбиться о подножие скалы. Стоящим над обрывом кажется, что они уплывают в открытое море.

Вот таким сегодня видит свой объект наблюдения начальник маяка или, лучше по-старинному, смотритель — отставной капитан II ранга Ю. И. Тюрину Больше двадцати лет командует он этим неподвижным «кораблем». Потомственный моряк, он в 1982–83 гг. прошел морским путем адмирала М. П. Лазарева, участвуя в 147-дневной кругосветной антарктической экспедиции. На борту научного лайнера «Фаддей Беллинсгаузен» Ю. И. Тюрин преодолел легендарный, ревущий смертельными шквалами и штормами пролив Дрейка!

Но Юрий Иванович не только моряк и ученый-гидрограф. Он своего рода художник. Его сегодняшняя палитра — площадка вокруг маяка, терраса подсобного здания и таинственные пенаты созданного им музея.

На площадке сложены случайно найденные якоря, от самых первых, с греческих, а то и с финикийских кораблей — просверленных кусков камня или свинца — до знаменитых адмиралтейских со съемными штуцерами и с фамильным клеймом мастера. Эти огромные якоря выковывали на уральских заводах, испытывали на прочность, сбрасывая с двенадцатифутовой высоты на железную плиту, а потом еще били семифунтовыми молотками, проверяя на чистоту звона. Под чьими парусами и флагами, в каких океанах несли они службу, считаясь лучшими в мире?

Десятилетиями собирал экспонаты смотритель маяка: выпрашивал списанное у знакомых капитанов и водолазов, откапывал на многочисленных в то время морских свалках и корабельных «кладбищах», приобретал в обмен и вовсе таинственным для нас, непосвященных, способом.

Большой латунный колокол начала века уже везли в переплавку, но Юрий Иванович отдал за него эквивалентное количество меди, привез и установил на бетонном основании возле самой башни.

Гости проходят через галерею, и кому-то передаются воспоминания старого моряка. На стене карта Антарктиды, обновленная при его участии, и единственный экземпляр лично им изготовленной карты черноморских маяков. Вот его бинокль и хронометр, вот запаянный в колбе образец антарктической воды. На стеллажах — книги, рукописные альбомы, пачки фотографий, современные и античные лоции… Волшебные находки для краеведа и для писателя, особенно приезжего. Увы. Входить на территорию маяка можно только по специальному разрешению из Севастополя.

Зато в этом закрытом музее имеются экспонаты, которых нет ни в Севастополе, ни в Санкт-Петербурге. Например, коллекция береговых, сигнальных и судовых фонарей…

Редкий труженик моря, услышав топоним «Ай-Тодор», не вспомнит о маяке и музее. Бывали здесь люди знаменитые, малоизвестные и вовсе рядовые, но похожие друг на друга жаждой не напускной, а настоящей романтики.

Д. Н. Тарасенко.

Фотографии

Фотограф: Светлана Добрянская (Tetis)

Мы совершили экспедицию на маяк — побеседовали со смотрителем, осмотрели музей и территорию — оказалось, что и маяк и музей находятся в аварийном состоянии.

Прохудилась крыша музея, поэтому уникальные экспонаты заливает водой. Много проблем и очень много перспектив для развития этого места. Там собраны действительно уникальные, интереснейшие материалы. Смотритель Юрий Иванович Тюрин — готов делиться наработками — нужны только энтузиасты, которые смогли бы возглавить многие инициированные им проекты — в этом будущее маяка.

Маяк Маяк Маяк Маяк Маяк Маяк Маяк Маяк Маяк