Меню

54-я зенитная батарея

54-я зенитная батарея — зенитная батарея в Крыму в Севастополе на Зелёном холме в годы Великой отечественной войны.

В соответствии с общим планом обороны города перед батареей были поставлены следующие задачи: борьба с воздушным противником в таких секторах обстрела — Бельбекский аэродром, Мекензиевы горы, Инкерман; отражение атак вражеских наземных войск в том же направлении, а с ноября — огневое прикрытие тяжелой батареи капитана А. П. Матюхина, размещенной на самом Малаховом кургане.

Личный состав

Личный состав батареи — 120 человек. Во главе — командир и политрук. Есть зам командира. Это — офицеры батареи (в терминах 1941 года — «командиры»). Также есть командиры орудий, расчётов дальномера и приборов управления. Они — старшины («младшие командиры»). Дальше — рядовые артиллеристы, пулемётчики, связисты, дальномерщики, прибористы. Также есть санинструктор, кок, писарь, шофёр.

Техника и вооружение

Основное оружие батареи — четыре 85-мм зенитные пушки образца 1939 года (52-К).

Самообороне батареи от внезапных атак с воздуха способствовала установка из четырёх пулемётов «Максим». Официальное название — «7,62-мм счетверенная зенитная пулеметная установка конструкции Токарева». Благодаря своей маневренности, неплохой плотности огня и приемлемой мощности пулемёт хорошо работал против пикирующего бомбардировщика «Юнкерс-87» (Ju-87, «Stuka»). Именно этот бомбардировщик использовался для подавления огня ПВО.

Отбивались от него так — в пикировании и на выводе из атаки, на высотах до 1400 метров по самолёту бил пулемёт, затем — вступали зенитки, успевшие к этому времени получить данные для стрельбы.

В сентябре 1941-го в полк поступили новые 85-миллиметровые пушки, поражавшие, воздушные цели на высоте 10 тысяч метров, а наземные — до 15 километров. 54-й батарее одной из первых доверили это мощное оружие.

Точную стрельбу обеспечивал довольно сложный комплекс.

Первое его звено — дальномерная установка. Это трёхметровая серая труба, внутри которой установлена точнейшая механика и первоклассная оптика. Расчёт — четыре человека.

Данные от дальномера поступают на ПУАЗО — прибор управления зенитным огнём. Такой прибор — своего рода компьютер, на основе данных о дальности, высоте, направлении движения цели рассчитывающий готовые данные для стрельбы. В расчётах принимаются во внимание направление и скорость ветра, температура и влажность воздуха. От ПУАЗО данные поступали на орудия, где наводчики, совмещая стрелки на контрольных приборах, добивались совпадения реального положения орудия с положением, рассчитанным ПУАЗО. Этот же прибор выдаёт и данные о замедлении взрывателя снаряда.

Первое предупреждение о приближающихся самолётах поступает от артиллерийских разведчиков, звукоуловительных установок или радиолокаторов. В Севастополе работали радиолокационные установки РУС-2, тогда — вполне современные.

Затем — цель, по уже полученным предварительным данным, обнаруживают дальномерщики, давая информацию для ПУАЗО. С ПУАЗО — сигнал идёт на орудия, где им руководствуются наводчики.

В это же время начинает работу боец/матрос из расчёта пушки — «трубочный». Он делает следующее :

«в бою ему надо взять из ящика снаряд, установить трубку, передать снаряд заряжающему. А ведь залпы, как известно, следуют каждые пять секунд. Трубочных всего двое. Выходит, на всю операцию — девять секунд.»¹

Установить трубку — значит снять защитный колпак со снаряда и вручную, специальным ключом выставить на взрывателе необходимое замедление. При точной установке— снаряд взрывается вблизи цели.

Конец 54-й батареи

«…Утром 11 июня на 54-ю батарею завезли снаряды. Полный боезапас. Сгружать довелось у северного склона, на глазах у противника; в ином месте машине не пройти: сплошные воронки. Разгрузить-то разгрузили, а укрыть не успели. Фашисты, стоявшие невдалеке, немедленно отреагировали — и с воздуха, и с земли обрушили на батарею ураган огня.

Зенитчики приняли неравный бой… Два «хейнкеля» сбили, остальных отогнали. Но справиться с тяжелой артиллерией, расположенной за горным кряжем, не удалось. А Зеленый холм у врага давно был пристрелян и прямое попадание в штабель боеприпасов сделало свое дело: позиция превратилась в настоящий ад. Снаряды взорвались и осколками усеяли все вокруг. Разнесло дальномер и прибор управления огнем, вдребезги разбило пушки.

Укрытия на батарее были надежные, но в бою надо работать, действовать. И вот уже тринадцать человек погибли, у многих — тяжелые раны. А батарея жила, боролась. За ночь оборудовали новую позицию и в ожидании орудий забрались в кубрики. Там-то полутонная авиабомба накрыла еще восьмерых. Почти безоружные, с одним М-4, да легкими карабинами вели батарейцы бой с двумя десятками «музыкантов» (Junkers Ju 87).

Когда умолк счетверенный «максим» — весь расчет во главе со Степаном Водяницким погиб, — пикировщики окончательно обнаглели: с бреющего расстреливали беззащитных теперь зенитчиков. Погиб заместитель командира Володя Сюсюра, скромный безотказный шофер Миша Крысанов, волшебник-кок Ашот Авакян. Тяжелые ранения получили комендоры Полтавец и Рыбак, командир приборного отделения Серобаба, двужильный работяга Шкурко и многие номерные, которых в ходе непрерывного боя благодаря стараниям израненного Николая Жушмана и Бориса Ефимова все же удалось переправить в госпиталь.

Один лишь Марченко со своими хлопцами из обычного «дегтяря» все еще отбивался от хищной стаи воздушных пиратов, пока тяжелая бомба, угодившая в бруствер, не похоронила целиком весь расчет. Почти одновременно прямым попаданием артснаряда разнесло БКП, где находились связисты. Убиты командир отделения младший сержант Литвинов, телефонисты Бобровников и Шумилин, радист Коломийцев.

Немногих уцелевших временно прикомандировали к штабу ПВО флота…»¹

Сейчас позиции батареи снова напоминают сорок второй год — Зелёный холм наполовину чёрный после пожара. Трава и кустарник выгорели, просто идёшь по выжженной земле и поднимаешь с неё рваный металл оставшийся от того самого боя.

Координаты: +44° 36' 2.00", +33° 33' 22.00"