Меню

Памятник Четвёртому бастиону

Памятник Четвёртому бастиону входит в мемориальный комплекс Исторического бульвара Севастополя, воздвигнут неподалеку от Панорамы. По своим художественным достоинствам это, бесспорно, лучший из всех памятников на бастионах. Автор нашёл оригинальное и простое решение монумента. Массивный гранитный обелиск, увенчанный гранитным же русским шлемом установлен в центре оборонительных позиций бастиона. На фасаде лаконичная Надпись: «4-й бастион». На другой стороне — перечень частей, принимавших участие в защите укрепления. Памятник рождает определенный образ: образ несокрушимости русского солдата в обороне.

Монумент сооружен около 1905 г. Проект монумента затерялся, а вместе с ним и имя автора. Известно только, что проект в числе прочих был передан в 1902 г. на хранение в музей Севастопольской обороны (ныне музей КЧФ), но, вероятно, погиб во время Великой Отечественной войны. В фондах музея хранится другой, выполненный архитектором А. М. Вейзеном, инженерами Н. Ф. Еранцевым и Г. Долиным. Он не был утвержден и отличается от существующего (отсутствует шлем, иная форма). Значит, кто-то переделывал проект. Кто же? Ответ на этот вопрос подсказывает близкая аналогия — памятник Язоновскому редуту. Он здесь же, в 200–300 метрах от монумента четвертому бастиону. На проекте «Язоновского обелиска» значится имя автора: архитектор Кольб. Очевидно, он проектировал и эти два памятника, и третий — на пятом бастионе, где применен все тот же изобразительный прием.

Рядом с памятником четвертому бастиону стоит небольшая плита черного гранита с беломраморным профилем молодого человека. Это — памятный знак, посвященный Льву Николаевичу Толстому, участнику Крымской войны, автору Севастопольских рассказов. Слева от памятника — восстановленные позиции батареи у передового бруствера. На них стоят корабельные орудия, которые были сняты с затопленных линейных кораблей и фрегатов и доставлены на бастионы. Вес каждого из них от 2 до 5 тонн. От причалов к бастионам их тянули вручную, впрягаясь по 80–100 человек.

Воспроизведены и дворики орудийных позиций левого фаса, в которых стоят орудия. Они состоят из туров (плетеные корзины, наполненные глиной или землей) и мешков с песком или землей. Поначалу они были настоящими, но за прошедшие время непрочные конструкции стали разрушаться. Поэтому, в 1963 году они были заменены весьма удачной железобетонной имитацией. У каждого орудия своеобразный щит из корабельных канатов.

За бруствером — полузасыпанный ров шириной 8,5 м, выбитый в скальном грунте перед началом обороны города. С угла бастиона, в откосе, виден сохранившийся главный вход в подземные минные галереи защитников бастиона. Входы закрыты решетками, доступ туда запрещен — это очень опасно. В 1905 году около рва бывшего бастиона на глыбе скалы, выброшенной взрывом на поверхность, установили мемориальную чугунную плиту с текстом: «Уцелевшие следы минной войны перед 4-м бастионом».

История

Четвёртый бастион входил во вторую дистанцию оборонительной линии. Командовал ею вице-адмирал Ф. М. Новосильский. Под его руководством «Мачтовый бастион» (так называли союзники четвёртый бастион) превратился в грозное укрепление. Если к началу обороны на нём имелось всего восемь 12-фунтовых карронад, то в августе 1855 года вместе с Язоновским редутом орудий стало более двухсот. Вице-адмирала Новосильского на посту начальника дистанции сменил генерал-майор М. Х. Шульц. Этот боевой генерал после продолжительной службы на Кавказе получил четырёхмесячный отпуск. По дороге завернул в Севастополь и провёл свой отпуск на четвёртом бастионе.

С 5 октября 1854 года по февраль 1855 года бастионом командовал капитан-лейтенант А. И. Завадовский, после его тяжелого ранения командиром этого укрепления стал капитан-лейтенант В. Г. Реймерс. И он был ранен. С 1 июня до последнего дня обороны бастионом командовал капитан-лейтенант 44-го флотского экипажа П. А. Чебышев.

В системе сухопутных укреплений этот бастион занимал особое место: он защищал центральную часть города. Вот почему противник в первые месяцы обороны стремился именно здесь наносить наиболее сильные удары. С трех сторон бастион окружали позиции союзников; он подвергался непрерывному перекрестному огню. Бывали дни, когда осадные орудия противника обрушивали на эти укрепления до двух тысяч снарядов в сутки. Однако 4-й бастион держался, его укрепления не только восстанавливались, но и совершенствовались.

С октября 1854 года впереди бастиона велись контрминные работы, превратившиеся в подземно-минную войну. Французам не удалось сделать подкопы под бастионом и взорвать его передовые укрепления.

Подземно-минной войной на четвёртом бастионе руководил штабс-капитан А. В. Мельников, прозванный «обер-кротом» Севастополя. Защитники прорыли у бастиона почти четыре тысячи метров подземных галерей, а всего 6892 метра, союзники — 1280 метров (у 4-го бастиона — 1100 метров). За семь месяцев ведения подземно-минной войны русские произвели 94 взрыва, союзника — 121. Защитники израсходовали 761 пуд пороха, противник — 4148. Активные действия защитников под землёй — перед четвёртым и пятым бастионами, редутом Шварца и Малаховым курганом, перехвативших инициативу у французов, заставили противника признать, что «пальма первенства» в подземно-минной войне принадлежит русским.

Контуженного и тяжело больного штабс-капитана Мельникова, пробывшего в минах бессменно и безвыходно пять месяцев, в мае 1855 года сменил штабс-капитан П. В. Преснухин. Мельников дослужился до генерала и до конца своих дней носил на правой руке оригинальный золотой перстень с изображением четвёртого бастиона, украшенный бриллиантами и изумрудом. Он скрывал тайну происхождения перстня, но все окружающие говорили, что перстень был подарен ему французскими сапёрами, приславшими его из Парижа как непобедимому «обер-кроту».

27 августа 1855 года союзники не решились идти на штурм «Мачтового бастиона». Он остался непобеждённым.

Координаты: +44° 35' 39.10", +33° 31' 22.00"